В 1991 Международная организация переводчиков (FIT, Federation internationale des traducteurs) объявила "днём переводчика" 30 сентября – день смерти святого Иеронима.

Святой Иероним Стидонекий (около 340-420) перевёл Библию на латинский язык, за что и считается святым покровителем переводчиков. Православное именование этого святого – Блаженный Иероним; он также может упоминаться в текстах как святой Джером (St Jerome); в католической традиции он может также именоваться своим полным именем как Eusebius Sophronius Hieronymus.

Первоначальное образование блж. Иеронима вовсе не было исключительно христианским: долгое время он был далёк от мысли посвятить себя изучению Священного Писания, пока в 373 (или 374) году, во время эпидемии, унесшей жизни двух его лучших друзей, его не посетило видение. После этого блж. Иероним решил целиком предаться трудам во славу Божию. Он много путешествовал, изучал языки. В ходе долгого отшельничества в пустыне он изучил также еврейский и халдейский языки (от христиан еврейского происхождения), интересовался неканоническими (в наши дни) источниками, повествующими о жизни и воскресении Христа. С этого времени и до последних дней он вёл аскетический образ жизни.

Признание блж. Иеронима покровителем переводчиков небезосновательно: он уделял большое внимание не только практике, но и теории перевода; рассуждал о границах и рамках понятий "правильного" и "адекватного перевода", о пользе сравнительных переводов и использовании подстрочников на разных языках. Его размышления на эту тему изложены в письмах. Интересно, однако, что помимо переводчиков блж. Иеронима считают своим покровителем также библиотекари и работники архивов.

Существует легенда о том, что именно блж. Иероним был создателем глаголицы (несмотря на то, что глаголица, по-видимому, появилась примерно на 500 лет позже, около 860 г.). Тем не менее, в некоторых источниках можно встретить термин "Hieronymian" для обозначения глаголического алфавита.

Следует учесть, что в Православной церкви память блж. Иеронима отмечается 28 июня по новому стилю (15 июня по старому). Этот день, поэтому, можно считать первым кандидатом на звание "дня православного переводчика".

10.00 Континент в Автово. Наверное, он никогда не видел столько посетителей сразу.  Две бесконечных очереди в три кассы, через пять-десять минут после открытия центра. Все-таки это не тоже, что кинотеатры на Невском: туда еще надо добраться. Совершив этот героический поступок, аудитория получила свои 2,5 часа Гарри Поттера, Рона Уизли, Гермионы Грейнжер и иже с ними.

Пожалуй, этот фильм lived up to my expectations, или, если использовать абсолютно дикий прием перевода (гибрид калькирования и транслитерации), но единственно правильный, даже over-lived их. Во-первых, не было пересказа событий, которые после прочтения начала и конца книги уже не очень интересуют, хотя многие называют сюжет именно фильма отрывочным. Но меня устраивает, я пришла смотреть на иллюстрацию. Во-вторых, положительно изменились образы отрицательных героев (благо, что не в прямом смысле этого выражения): из бабайки №2 Люциус Малфой стал героем из фанфиков, именно которого многие подсевшие на шедевры безымянных авторов, себе и представляли, ну, и Алана Рикмана здесь больше, чем предыдущих частях (одна сцена – полностью его). А вот путиноподобного Добби, увы, не выпустили на экран уже второй раз, несмотря на теплое отношение к нему аудитории. В этом есть что-то политическое: конфликт насчет выдачи Лугового снова бы всплыл на поверхность.

Неудивительно, что этот же режиссер будет снимать еще один фильм. До этого эта почетная должность считалась переходящей. Также зрителям показали немного замка, что лично меня не может не радовать, хотя, по сравнению с Альфонсо Куароном режиссер явно недооценивает красоты шотландского пейзажа. Впрочем, подавляющее большинство пришло смотреть вовсе не на природу севера Великобритании, и я, скрепя сердце, с ними соглашусь. И спецэффекты ненавязчиво сопровождали действие, не пытаясь занять место актера первого плана, как это случилось в «Пиратах Карибского моря»: первая часть – о приключениях, вторая часть – о любви и сложности выбора, мелодраматическая, а третья – проспецэффекты, компьютерно-игровая.

Я-таки получила удовольствие от фильма и ни дождь, ни плотное общение с соседями в метро, ни мрачные мысли о печально наступающем будущем, ни соседка с отвратительными духами, ни ворчание и недовольство человека-на-которого-я-не-буду-показывать-пальцем-так-как-тот-и-так-все-о-себе-знает не смогли мне испортить малину. Следовательно, фильм смог перевесить гири различной пакости и гадости.

Под радостные вопли фанатов и просто любителей и под осуждающий ропот церквей на прилавки выходит ГП7, дебютировавшая два дня назад в Интернете. Скажем дети, большое спасибо неаккуратности или потрясающей задумке того сайта. И еще одному товарищу из Саффолка. Народный перевод тоже не заставил себя ждать. Что ж, книжка вышла кровавой, особенно у того переводчика, которого процитировала газета.ру. Например, вторая глава открывается словами: «Гарри истекал кровью»  (это ни в коем случае не в укор переводчику). Теперь главный тотализатор на «остаться в живых» уже не Гарри Поттер и Волдеморт, а Рон Уизли и Гермиона Грейнджер. В итоге, Leaky Cauldron пришел к выводу, что погибнет Фред, что, несомненно, огорчит поклонниц дуэта близнецов. И всех остальных «подсевших» на это чтиво и просто читающих тоже.

Что символично, так это совпадение года окончания школы и финала бесконечной эпопеи. Нет, знака судьбы я в этом не вижу. Но доля смешанных чувств в этом есть. Будучи одной из тех, кто подняли имя мистера Поттера на вершину списка тотализатора «приговоренных» в последней книге, я все равно испытываю глубокое удовлетворение от окончания романа. Слишком затянуто, есть опасения, что годы спустя, кто-нибудь включит это произведение в список школьной литературы и дети будут о нем такого же мнения, как мы о «Войне и мире», «Поднятой Целине» и прочем литературном творчестве, которое большинством замученных литературой школьников воспринимается исключительно со знаком минус. Нет, я не про лит-ру в своей любимой и незабываемой АГ, здесь – порядок. Мне ужасно надоели меж-поттеровские периоды, когда все начинают гадать и додумывать (что вполне естественно), а потом заканчивают тома форумов надписи однообразными фразами вроде give floor to you Mrs Rowling, замочим Роулинг, посмотрим в следующей книге. А ведь это – факт, «а факт- это самая упрямая вещь в мире». При всех плюсах и минусах произведений дамы, «которая за всю жизнь всего семь книг написала» (© неизвестный форумчанин), они стали неотъемлемой частью нашей жизни: для фанатов и любителей – как одна из тем для разговора, для поттеро-противников – как источник вдохновения в спорах с первыми и прекрасный способ испортить первым настроение (про кого сказано, тот поймет), для релативноотносящихся, а именно бабушек, дедушек, родителей – как избавление от головной боли насчет подарков на red-letter days, а для публичных противников и защитников романа – еще и источник дохода, как и для актеров, режиссеров, операторов, наборщиков текста, редакторов etc. И конечно, переводчиков (себя любимую не забыла).

Я снова расписалась. Это надо контролировать. Просто странно расставаться с героями Поттерианы, которые, как и герои «Санта-Барбары», в свое время, почти родственниками - они всегда рядом (и в плохом, и в хорошем смыслах). И, для меня, это сродни расставанию с АГ(все же нельзя называть это недоразумение школой, да и от расставания с просто школой у меня и намека на плохие эмоции не было бы): и радуешься, и не очень. Кроме того, ГП объединяет: сколько людей познакомилось на виртуальных и не только ролевых играх, форумах, а во все том же Континенте я встретила своих бывших одноклассниц, с которыми давно хотела повидаться, в холле перед кинозалом. Но, по сути, речь была только о фильме, а ведь мы три года не виделись. И скажите мне после этого: чего же больше от этой противоречиво воспринятой книжки – хорошего или плохого?

Перевод географических названий - grey area переводоведения, редкие и почти отсутствующие правила и законы которойигнорируются. Здесь и там время от времени на указателях, картах и в книгах мы встречаем русские слова, написанные  зарубежными буквами из так хорошо знакомых нам sms-ок.
Недаром сам Профессор посвятил ему целую статью, дабы избежать самодеятельного перевода имен собственных и топонимов Средиземья.  Но в творчестве коллег небезызвестной Литвиновой, прославившейся своим переводом "Гарри Поттера", мы продолжаем встречать потрясающие  способы переложения наших русских слов на другие языки. Впрочем, оценить их по достоинству, могут, пожалуй, только иностранцы,
тщетно пытающиеся осознать значения загадочных слов, составленных из букв их родного алфавита.

Особенное впечатление на меня произвела сувенирная карта столицы нашей родины.
Правильно на ней написаны только слова Souvеnirs guide map. sights, illustration & description, и то, если не вдаваться в подробности грамотного написания заголовков. Хотя бы слова английские. А вот у переводчика названий переулков, улиц, набережных, площадей и мостов фантазия была более развитой. С его легкой руки понятный сегодня даже русскому bridge  был преобразован в most: Bolshoy Moskvoretskiy most, Bolshoy Kamenny most заняли места соотвествущих строений.

Without much thinking слово переулок было переложено на латинский алфавит, но даже не до конца, а на первые три буквы, как, между прочим, и слово большой. В итоге мы имеем Bol.Cherkasskiy per. Незамысловато обстояло дело и с объянением нашим иностранным друзьям такого понятия как площадь. В нем были заменены первые (уже даже не три) две буквы: Krasnaya Pl. На фоне таких сокращений
буквы ul., вместо st., уже не производят должного впечатления.
Туристы, решившиеся на исследование страны медведей, водки и Льва Толстого, иногда направляются в Константиновский Дворец с помощью народного русского средства передвижения - трамвая. На их пути встречается надпись: Doroga na lemz. Одним словом, краткость - сестра таланта.

Само собой, никакие мосты, улицы и переулки Москвы и дороги Петербурга не сравняться с Когтевраном, Буклей и прочими, нодля иностранцев они гораздо более непонятно, чем ИМХО и ЗЭ ЭНД.

Таким образом, я продолжаю в своем духе высказываться на странные темы. Вероятно, это эффект осознания
того факта, что мне больше не нужно готовиться к экзамену по русской литературе в полной мере, что дает возможность думать только о том, что мне интересно.